"АСТ"
Таро Уэйта. Полная колода + универсальное руководство по гаданию
45,00 ₾Классическая колода Уэйта с инструкцией от Мастера. Она позволит вам быстро научиться использовать карты Таро и сразу начать делать предсказания. Кроме того, это один из самых популярных вариантов колоды Таро. Он разработан знаменитым исследователем масонства, каббалы и мистических учений, видным членом герметического ордена.
Таро — древнейшая предсказательная система. С тех пор как она стала известна человечеству, Изначальное Знание претерпело сильные искажения, значения карт обросли домыслами и фантазиями. Колода Уэйта — одна из немногих, донесших до нас его крупицы.
В комплект входят 78 карт и инструкция. Набор упакован в небольшую коробочку, сделанную под размер карт.
Татарская пустыня. Загадка Старого Леса
39,00 ₾«Татарская пустыня» — шедевр притчевой прозы, оказавший значительное влияние на последующую модернистскую литературу, — своеобразное житие молодого офицера, который всю жизнь провел на далеком форпосте на краю пустыни в ожидании нападения таинственных варварских орд, по смутным слухам, живущих по ту ее сторону. История жизни, растраченной в ожидании действия, в надежде и страхе того, что «что-то случится».
Причудливая и изящная «Загадка Старого Леса», с ее легкой и печальной интонацией, на первый взгляд относится к жанру литературной сказки для взрослых, однако за незатейливой в сюжетном отношении имитацией народной легенды скрывается глубокая притча о губительности противостояния человека и природы.
Очередь
28,00 ₾“Очередь” — первая опубликованная книга Владимира Сорокина — увидела свет в 1985 году в Париже в издательстве “Синтаксис”. В ней, как и в ранних рассказах автора, отчетливо видны черты грядущего эксперимента над русской прозой, в ходе которого традиционные жанры, сюжеты и персонажи подвергнутся радикальной трансформации.
В романе, полностью состоящем из прямой речи, очередь — метафора человеческой жизни вообще. Деликатно, не докучая назиданиями — напротив, развлекая приключениями героев, — “Очередь” учит, что для достижения цели почти всегда нужны иные усилия, чем те, что мы прикладываем, да и цель мы никогда не видим ясно. Бесконечный разговор едва знакомых между собой людей неслучайно назван романом: каждая реплика, как в большом прозаическом нарративе, добавляет штрих к портрету эпохи и в то же время повисает в воздухе, принадлежит всем — и никому.